четверг, 25 августа 2016 г.

Непривязанность

Интересуясь саморазвитием мы часто слышим общую фразу – непривязанность к результату, цели. Непривязанность может рассматриваться применительно к любой сфере нашей жизни – отношениям, бизнесу, карьере, людям, обществу, – как к материальным благам, так и нематериальным объектам.

Непривязанность – инструмент формирования собственной реальности, который тесно связан с осознанностью и состоянием «здесь и сейчас». Это внутреннее состояние, присущее духовно зрелым личностям и мало зависящее от волевого решения человека. Открытость человека миру, без сопротивления естественному ходу событий, формирует условия для проявления этого важного качества. А оно в свою очередь вселяет в человека уверенность в том, что любые события произойдут наилучшим образом и с наилучшими результатами для него. В соответствии с этими убеждениями все и реализуется.

Рада поделиться с вами подборкой цитат, наиболее ярко, на мой взгляд, раскрывающих данную тему.

НЕПРИВЯЗАННОСТЬ - ИНСТРУМЕНТ ФОРМИРОВАНИЯ РЕАЛЬНОСТИ. Рисунок 1












 - Дипак Чопра
«Использование Закона Непривязанности ускоряет весь процесс эволюции. Когда вы понимаете этот закон, вы не чувствуете необходимости форсировать решение. Форсируя решение проблем, вы только создаете новые. Но если вы направляете свое внимание на неопределенность и наблюдаете за неопределенностью, ожидая, когда из путаницы и хаоса появится ваше решение, то, что появляется, бывает поразительным. Что такое благоприятная возможность? Она содержится в любой проблеме, возникающей в вашей жизни. Любая проблема — это росток возможности больших преимуществ. Когда вы это постигаете, вы становитесь открыты всему диапазону возможностей — и это вносит в вашу жизнь тайну, чудо, приятное волнение, захватывающее приключение».
 - Нина Рубинштейн
«Многие последователи восточных традиций рассматривают непривязанность как насильное отрезание себя от материального мира. Это выражается в отказе любить земное, заботиться о комфорте, быть в устойчивой связи со значимыми людьми. Такая стратегия противоречит концепции целостности и связности, взаимопроникновения и единства духовного и земного.Вы утверждаете себя как часть мира, вы пользуетесь его ресурсами, утверждая их, вы восполняете эти ресурсы своей творческой деятельностью, утверждая ее. Но вы не владеете всем этим.Если вы не утверждаете - вы оторваны от земли, и вся ваша духовность представляет собой феерический бред.Единственный смысл духовности в том, чтобы сдаться жизни таковой, какова она есть, не мня себя ее властителем». 
 - Ошо
«Вы любите человека и вы говорите: «Я предан ему и привязан к нему». Что означает привязанность? Она означает, что вы используете другого человека в своих целях, вы используете другого человека в качестве средства. Как можно быть преданным средству?
Преданность возможна только по отношению к цели, не по отношению к средству.  Вы не можете быть преданным автомобилю, вы не можете быть преданным дому. Они являются средствами: их нужно использовать. Вы можете хранить преданность только по отношению к живому человеку, потому что каждый человек является целью».

По материалам сайта

ЛЮБОВЬ ИЛИ ПРИВЯЗАННОСТЬ? Рисунок 2

Мирянин всегда жаждет обладать внешними объектами: женой, домом, машиной, гаражом, дачей или крупным рогатым скотом. Это обладание объектами и создает эгоизм. Эгоизм вызывает привязанность. Там, где рождается привязанность, имеет место Ахамта и Мамата — «я» и «мое». Вся Чакра Майи (иллюзии) начинает вращаться. Так человек становится рабом иллюзии. Из внешнего мира он все тащит в семью, в свой дом, а не наоборот. Прочные железные цепи кармы сковывают его руки и ноги. Мирянин запутался в законах Природы, как муха в паутине. Из-за привязанности у него возникает его собственное самосозданное беспокойство. А ведь в мироздании нет ни капли зла. Мы видим зло из-за собственного беспокойства, из-за искаженного видения. У одной птицы — два крыла. И она летит. У двух птиц — четыре крыла, но они не летят. Птицы связаны друг другом…

Из интервью психотерапевта Тины Фоссел с Джоном Уэлвудом 


Тина Фосселл: Тридцать лет назад вы ввели термин «духовное бегство» («spiritual bypassing»). Не могли бы вы объяснить, что это такое, для тех, кто не знаком с данным понятием?

Джон Уэлвуд: Духовное бегство - это термин, который я ввёл для описания процесса, происходившего в буддийской общине, где я практиковал, и во мне самом. Хотя большинство из нас искренне пытались работать над собой, я заметил одну тенденцию, получившую широкое распространение. Духовные идеи и практики использовались для того, чтобы уйти от психологических травм, нерешённых эмоциональных проблем, и не встречаться лицом к лицу с работой над промежуточными стадиями развития. Когда мы при помощи духовности избегаем чего-либо, мы часто используем цель - пробуждение или освобождение – для того, чтобы обосновать то, что я называю преждевременным трансцендированием: стремление подняться над хаотичной стороной нашей человеческой сущности преждевременно, без непосредственного знакомства с ней.

Опасно пытаться преодолеть наши психологические и эмоциональные проблемы, уклоняясь от них. Такое отношение порождает мучительную дистанцию между буддой и человеком внутри нас. К тому же оно ведёт к концептуальному, одностороннему пониманию духовности, в котором одна противоположность возвышается за счёт другой: абсолютную истину предпочитают относительной, неличностное — личностному, пустотное — форме, трансцендирование — воплощению, а отстраненность — чувствам. Можно, например, пытаться практиковать непривязанность через отрицание своей потребности в любви, но это приводит лишь к тому, что данная потребность вытесняется в подполье, и она зачастую бессознательно проявляется скрытым и негативным
образом.

Тина Фосселл: Что для вас является наиболее примечательным в духовном бегстве на данный момент?

Джон Уэлвуд: В западной психологии есть целый раздел исследований, показывающих, насколько сильно создание тесных связей и любящего понимания (известных как «безопасная привязанность») влияет на каждый аспект человеческого развития. Безопасная привязанность очень важна для здоровья, благополучия и способности эффективно функционировать в мире: для развития мозга; хорошей работы эндокринной и иммунной систем; того, как мы справляемся со своими эмоциями, насколько мы подвержены депрессиям; как ведем себя в стрессовых ситуациях и как взаимодействуем с другими.

НАПОЛНЕННОСТЬ ПРИВЯЗАННОСТЬЮ. Рисунок 3

В отличие от традиционных азиатских культур современное воспитание детей приводит к тому, что у большинства людей проявляются симптомы небезопасной привязанности: ненависть к себе, избегание телесного контакта, возбудимость, хроническая неуверенность в себе и чувство беспокойства, гиперактивный ум, недостаток базового доверия и глубинное ощущение собственной неполноценности. Потому большинство людей переживает отрыв и отчуждение (неведомые людям предыдущх эпох) — от общества, общины, семьи, старших поколений, природы, религии, традиции, нашего тела, наших чувств и нашей человечности как таковой. И это проявляется так интенсивно, как никогда ранее.

Тина Фосселл: Итак, каким образом наши психологические раны влияют на духовную практику?

Джон Уэлвуд: Подобное стремление быть хорошим духовным практиком может превратиться в то, что я называю компенсаторной личностью, которая скрывает (и защищает от нее) находящуюся глубже ущербную личность, в рамках которой мы испытываем к себе не самые лучшие чувства, считаем, что недостаточно хороши или что нам фундаментально чего-то не хватает. И тогда, несмотря на то, что мы усердно практикуем, наша духовная практика может стать средством отрицания и защиты. А когда духовную практику применяют для того, чтобы уклониться от реально существующих человеческих проблем, она просто становится одним из сегментов нашей жизни. Получается, что мы не интегрируем ее в нашу повседневность.

Тина Фосселл: Что происходит в сангхе, где большинству людей свойственен избегающий стиль привязанности в отношениях?

Джон Уэлвуд: Подобные люди склонны закрывать глаза на потребности других людей, потому что, правильно, они закрывают глаза на свои собственные потребности.

Тина Фосселл: И последний вопрос, о привязанности в отношениях: вы говорите, что для того, чтобы освободиться от привязанности, необходимо вначале испытать привязанность?

Джон Уэлвуд: В пространстве человеческой культуры непривязанность - очень продвинутое учение. Я предполагаю, что до того, как мы сможем говорить об истинной непривязанности, мы должны сначала получить опыт позитивных эмоциональных связей. В противном случае может произойти подмена: под видом непривязанности окажется избегающая привязанность. Людям, склонным к избегающей привязанности, привязанность кажется пугающей. Поэтому им нужно почувствовать свою потребность в других людях, а не бежать от нее. Стоит этому произойти, и смысл непривязанности начнет раскрываться.  

Комментариев нет:

Отправить комментарий